Природные самоцветы России – Imperial Jewellery House

[659788212899203]

Уральские самоцветы в доме Imperial Jewelry House
<br>Ателье Imperial Jewellery House годами занимались с камнем. русские самоцветы Далеко не с первым попавшимся, а с тем, что отыскали в землях между Уралом и Сибирью. «Русские Самоцветы» — это не общее название, а конкретный материал. Кристалл хрусталя, найденный в приполярных районах, обладает другой плотностью, чем альпийский. Малиновый шерл с прибрежных участков Слюдянского района и глубокий аметист с Урала в приполярной зоне содержат природные включения, по которым их можно опознать. Ювелиры дома распознают эти особенности.<br>

Нюансы отбора
<br>В Императорском ювелирном доме не рисуют проект, а потом подбирают камни. Часто бывает наоборот. Поступил самоцвет — родилась задумка. Камню доверяют определять форму украшения. Манеру огранки определяют такую, чтобы сберечь массу, но показать оптику. Иногда минерал ждёт в сейфе долгие годы, пока не обнаружится правильная пара для вставки в серьги или ещё один камень для пендента. Это долгий процесс.<br>

Некоторые используемые камни

Зелёный демантоид. Его находят на территориях Среднего Урала. Ярко-зелёный, с дисперсией, которая сильнее, чем у бриллианта. В обработке капризен.
Александрит уральского происхождения. Уральского происхождения, с характерным переходом цвета. Сегодня его почти не добывают, поэтому используют старые запасы.
Халцедон голубовато-серого тона с мягким серо-голубым оттенком, который именуют «камень дымчатого неба». Его месторождения есть в Забайкальском крае.

<br>Огранка самоцветов в мастерских часто ручной работы, устаревших форм. Применяют кабошоны, «таблицы», комбинированные огранки, которые не стремятся к максимальному блеску, но проявляют естественный рисунок. Элемент вставки может быть неидеально ровной, с сохранением фрагмента породы на обратной стороне. Это осознанное решение.<br>

Металл и камень
<br>Металлическая оправа служит окантовкой, а не центральной доминантой. Драгоценный металл используют разных цветов — красное для топазов с тёплой гаммой, жёлтое для зелёного демантоида, белое золото для аметиста холодных оттенков. В некоторых вещах в одном украшении сочетают несколько видов золота, чтобы получить градиент. Серебро используют нечасто, только для отдельных коллекций, где нужен сдержанный холодный блеск. Платину — для больших камней, которым не нужна конкуренция.<br>

<br>Финал процесса — это вещь, которую можно узнать. Не по клейму, а по характеру. По тому, как посажен камень, как он повёрнут к свету, как выполнена застёжка. Такие изделия не производят сериями. Причём в пределах одной пары серёг могут быть нюансы в тонаже камней, что считается нормальным. Это следствие работы с естественным сырьём, а не с искусственными камнями.<br>

<br>Следы ручного труда остаются видимыми. На внутренней стороне кольца может быть оставлена частично литниковая дорожка, если это не влияет на комфорт. Пины закрепки иногда делают чуть массивнее, чем требуется, для надёжности. Это не грубость, а подтверждение ручного изготовления, где на первом месте стоит долговечность, а не только картинка.<br>

Взаимодействие с месторождениями
<br>Imperial Jewelry House не берёт «Русские Самоцветы» на бирже. Есть связи со давними артелями и частниками-старателями, которые десятилетиями поставляют камень. Понимают, в какой поставке может попасться неожиданная находка — турмалинный кристалл с красной сердцевиной или аквамарин с эффектом «кошачий глаз». Порой привозят друзы без обработки, и решение об их распиливании остаётся за совет мастеров дома. Ошибок быть не должно — уникальный природный объект будет уничтожен.<br>

Представители мастерских ездят на прииски. Нужно понять условия, в которых камень был образован.
Закупаются партии сырья целиком для отбора в мастерских. Отбраковывается до 80 процентов материала.
Оставшиеся экземпляры проходят стартовую экспертизу не по формальным критериям, а по мастерскому ощущению.

<br>Этот принцип идёт вразрез с логикой сегодняшнего рынка массового производства, где требуется унификация. Здесь стандартом является отсутствие такового. Каждый важный камень получает паспорт с пометкой точки происхождения, даты поступления и имени огранщика. Это внутренняя бумага, не для покупателя.<br>

Изменение восприятия
<br>«Русские Самоцветы» в такой обработке уже не являются просто частью вставки в ювелирную вещь. Они становятся объектом, который можно созерцать отдельно. Кольцо могут снять с руки и положить на стол, чтобы следить игру света на гранях при другом свете. Брошку можно перевернуть тыльной стороной и заметить, как выполнена закрепка камня. Это требует другой способ взаимодействия с изделием — не только носку, но и наблюдение.<br>

<br>По стилю изделия стараются избегать буквальных исторических цитат. Не делают копии кокошниковых мотивов или боярских пуговиц. При этом связь с исторической традицией сохраняется в соотношениях, в выборе сочетаний цветов, наводящих на мысль о северных эмалях, в ощутимо весомом, но привычном чувстве вещи на руке. Это не «новое прочтение наследия», а скорее перенос старых принципов работы к современным формам.<br>

<br>Ограниченность сырья задаёт свои условия. Коллекция не выпускается ежегодно. Новые привозы случаются тогда, когда сформировано достаточный объём достойных камней для серии изделий. Иногда между крупными коллекциями тянутся годы. В этот промежуток делаются единичные изделия по прежним эскизам или доделываются давно начатые проекты.<br>

<br>В результате Imperial Jewelry House существует не как производство, а как ремесленная мастерская, связанная к определённому minералогическому источнику — Русским Самоцветам. Процесс от получения камня до появления готового изделия может занимать неопределённо долгое время. Это долгая ремесленная практика, где временной ресурс является важным, но незримым материалом.<br>

[投稿者]

投稿